Грядущая сингулярность, вид с торгового стола

Разговоры о технологической сингулярности обычно ведутся на расстоянии от любой области, где автоматизация уже прошла свой путь до конца. Финансовые рынки на таком расстоянии не находятся. Они существенно автоматизированы десятилетиями и ведут счёт в валюте, которая не принимает нарратив.

Итак: что показывает единственный крупномасштабный, состязательный, непрерывно оцениваемый эксперимент с конкурирующими автоматическими агентами?

Автоматизация приходит, преимущество уезжает

Каждая волна автоматизации на рынках шла по одной дуге. Возможность редка и чрезвычайно прибыльна. Её копируют. Она становится обязательным минимумом. Прибыль уезжает в другое место, а возможность превращается в издержку ведения дела.

Электронное исполнение, статистический арбитраж, низколатентный маркет-мейкинг, систематическое факторное инвестирование — каждое сделало кого-то очень богатым в начале, и ни одно не является источником лёгкой доходности сейчас. После них осталась инфраструктура: спреды в разы уже прежних и рынок быстрее и эффективнее предыдущего.

Эту закономерность стоит назвать вслух, потому что она необычна. Автоматизация не породила безудержного победителя. Она подняла пол и дала конкурентное равновесие на новом уровне сложности.

Почему преимущество, которое есть у всех, не преимущество

Это структурный факт, делающий рынки полезным тестовым случаем, и обобщается он дальше, чем принято думать.

Торговое преимущество — это утверждение о разнице между вашей информацией или исполнением и чужими. Если инструмент становится общедоступным, разница закрывается. Не потому что инструмент перестал работать, а потому что им пользуются все и цена это уже отражает.

Рынки — крайний случай: выплата напрямую зависит от относительного преимущества. Но механизм проявляется везде, где участники конкурируют, и именно поэтому «у каждого будет сверхразумный помощник» не означает очевидным образом «каждый получит сверхразумную доходность».

Что автоматизировалось, а что нет

Спустя десятилетия разделение в трейдинге поучительно. Автоматизировано почти полностью: исполнение, маркет-мейкинг, арбитраж, мониторинг риска, расчёты, отчётность. Любая задача с ясными входами, измеримой целью и быстрой обратной связью.

Упорно остаётся за человеком: решение о том, что строить; суждение о том, честен ли бэктест; замечание, что структура рынка изменилась; и ответственность, когда что-то пошло не так. Не потому что машины принципиально не могут, а потому что у этих задач длинные петли обратной связи, размытые цели и последствия, которые кто-то должен взять на себя.

Мы видим это в своей работе постоянно. Бот непрерывно ведёт 684 монеты и не устаёт. Человеку всё равно приходится решить, что формулы разворота с честным AUC 0,50–0,52 вне выборки надо опубликовать как слабые, а не приукрасить, — и это решение не является вычислением.

Что действительно иначе на этот раз

Утверждать, что ничего не изменилось, было бы нечестно. Изменились две вещи.

Первая: стоимость создания обвалилась. Система, на которую уходил год команды, теперь занимает у небольшой команды сезон. Это реально, и мы пользуемся этим напрямую.

Вторая: узкое место сместилось с написания кода на понимание того, что стоит писать и работает ли оно. Когда реализация дёшева, дефицитным навыком становится валидация — а валидация ровно то место, где стимулы сильнее всего подталкивают к самообману. Более дешёвые бэктесты не означают более качественных; они означают больше бэктестов, быстрее, с теми же утечками в будущее, которые льстят результату.

Утверждение, которое мы готовы защищать

Не то, что сингулярность близко, и не то, что она невозможна. Обе позиции требуют уверенности насчёт долгосрочной динамики, обладание которой никто не продемонстрировал, а история именно этой области недобра к уверенным прогнозам.

Свидетельства с рынков подтверждают более узкое: в конкурентных областях с быстрой обратной связью автоматизация поднимает пол быстрее, чем чьё-либо относительное преимущество. Участники получают лучшие инструменты и примерно ту же сложность, потому что конкурируют друг с другом, а не с задачей.

Это куда менее драматичное утверждение, чем и акселерационистское, и пренебрежительное, и у него есть достоинство: оно согласуется с сорока годами результатов в единственной области, где автоматические агенты уже конкурируют за деньги.

Как это меняет то, что мы строим

Практически это аргумент в пользу скучных вещей. Проверяемые утверждения вместо впечатляющих. Честная валидация вместо красивых цифр. Системы, операторы которых видят, что происходит. Открытый код там, где возможно, потому что утверждение, которое любой может проверить, переживает утверждение, которое любой может сделать.

Если автоматизация действительно ускоряется, дефицитным товаром становится не способность. Дефицитной становится возможность понять, настоящая ли эта способность. Это ремесло, оно негламурно, и в нём состоит большая часть того, чем мы на самом деле занимаемся.